Владимир Узун

Насколько амбициозны наши планы и до какой степени точны прогнозы? Что мы готовы оставить в прошлом и как далеко сможем заглянуть в будущее? Мы поговорили с Владимиром Ильичом Узуном, президентом АО «Управляющая компания «Просвещение»», о школе будущего и цифровой дидактике дня сегодняшнего, новой образовательной платформе и самых важных инвестициях в жизни каждого человека.

Добрый день, Владимир Ильич! Огромное спасибо за то, что нашли время и возможность встретиться с нами и записать это интервью!
Добрый день, Елена! Мы рады встрече с московскими коллегами, московскими журналистами, в силу того, что по итогам 2017 года Москва является крупнейшим партнером «Просвещения», а группа компаний «Просвещение», смею надеяться, является партнёром системы образования города Москвы.

Издательство «Просвещение» вот уже более 87 лет занято производством образовательного контента, а это значит, что без малого почти век «Просвещение» не только узнаваемо и любимо поколениями и поколениями россиян, но во многом формирует и содержание образования, и вектор его развития. И вот в прошлом году, значительно расширив направления развития издательства, вы заявили о том, что теперь «Просвещение» — это группа компаний. Что изменилось в связи с этим в политике издательства?
Сегодня мир стремительно меняется — XXI век, изменились технологии, экономика, рынок труда, требования к компетенциям, навыкам. На это реагирует вся система образования страны, и «Просвещение» принимает в этом активное участие. Если вчера мы занимались производством учебников, потом учебными пособиями, потом начали работать с электронными книгами и интерактивными приложениями, то сегодня это уже большой холдинг, который интегрирует различные продукты. Это интеграция учебных пособий, программ обучения учителей, учебно-лабораторного оборудования, формирование предпрофессионального школьного образования в виде инженерных, медицинских классов, IT-полигонов, преобразование всего школьного пространства — а это уже изменение и классно-урочной системы. То есть это всё то, что является потребностью современного образования. Несмотря на то, что «Просвещение» — старейшая компания, мы стараемся быть молодыми и современными, идем в ногу со временем и пытаемся обеспечить все возрастающие потребности системы образования в стране. А уж если мы говорим про московскую школу, то те огромные перемены, которые произошли за последние семь лет, требуют от нас колоссального напряжения, колоссальных инвестиций в новые продукты, разработки и технологии, чтобы соответствовать тем изменениям, которые происходят сегодня в московских школах и, соответственно, в московских семьях.

Актуальнейшая задача дня сегодняшнего — цифровые дидактика и экономика. В прошлом году вами были заключены соглашения с рядом флагманов инфокоммуникационного рынка, в частности с Яндексом и Ростелекомом. Мой первый вопрос — чем продиктованы эти шаги и второй — о каких самых первых и самых интересных результатах этого сотрудничества можно говорить уже сейчас?
Вы правильно заметили, что приоритетом становится цифровизация экономики. Более того, меняется парадигма: если когда-то говорили, что школа — это подготовка к жизни, то сегодня понятно, что школа уже есть сама жизнь. И это преобразует цифровые технологии, в которые наши ребята очень быстро погружаются, зачастую быстрее взрослых. Скорость изменений очень высока. У «Просвещения» огромная практика в области инвестиций в профессиональный педагогический, учебный контент. Но чтобы успеть за скоростью преобразований в мире, не скрою, мы идем в партнерстве с крупными технологическими компаниями страны. Вы знаете, что сегодня технологии Яндекса, например, наиболее приближены к использованию искусственного интеллекта. По нашему мнению, в школах 30 года (2030 года — прим. ред.) уже не будет учебников в их современном виде, а весь образовательный контент будет построен на основе искусственного интеллекта.

Это относится каким-то образом к электронным учебникам?
Это относится ко всей системе инвестиций в человеческий капитал, подготовки педагогических кадров, ко всей системе обучения. Внедрение в школах — не самоцель. Цель — подготовить ребенка к будущей жизни в плане тех изменений, которые происходят в современном мире, а они, как я уже сказал, огромны. Не надо забывать одну основополагающую вещь, если мы говорим про московскую школу: последние семь лет основной принцип ее работы состоит в том, чтобы найти одаренность в каждом ребенке. То есть система московского образования планомерно и последовательно работает по принципу того, что считает всех детей одаренными.

 

 

То есть каждый ребенок талантлив?
Каждый ребенок талантлив!

И задача учителя, очевидно, найти то самое, что…
Я бы сказал, задача всего общества — и учителя, и административных работников, и семей, и методистов, и ученых — разработчиков нового образовательного контента, и инженеров-программистов, форматирующих контент в цифру. Это меняет всё. Общая задача — как раз найти возможности для развития каждого ребенка: не только в научных достижениях, но и в творчестве, коммуникации, спорте, искусстве. Все компетенции и навыки, которых требует сегодня экономика и рынок труда, — умение работать в команде, инициативность, способность спокойно воспринимать изменение текущей ситуации — закладываются еще в дошкольном возрасте. Самое главное — вам скажет любой специалист в области психологии ребенка — эту ступень позднее повторить нельзя, если она пропущена. И это приводит к таким гигантским изменениям — дошкольное образование сегодня не менее, а во многом и более важно, чем университетское. А цифровая среда позволяет реализовать это гораздо быстрее, оптимизировать. Будем говорить откровенно — школа ведь достаточно инертная система. Все верят в классно-урочную систему, в основном родители, и главный лозунг: «Нас так учили!» И как только начинаешь что-то преобразовывать, первый вопрос сразу возникает и слышится от бабушек и дедушек…

…«Нас учили по-другому!»
Да, «У нас было по-другому!» Но нас и готовили «под другое»! Вот те, кто сегодня приходит в первый класс, закончат школу к 2030 году, и что будет после этого — не знает никто. И конечно, мы максимально должны их подготовить к этим изменениям и начинать, еще раз подчеркну, в раннем возрасте. И цифровые технологии позволяют нам готовить ребят в этом формате.

Кстати, об образовательной платформе, которую совместно разрабатывают «Просвещение» и Яндекс. Расскажите, пожалуйста, что принципиально нового она может предложить? Известно, что нечто подобное есть у Google и у Microsoft.
Работая с компанией Яндекс, мы, с одной стороны, делаем глобальный международный продукт, с другой стороны, все-таки учитываем специфику и культурно-исторический опыт нашего образования, скажем так, — наш такой российский образовательный архетип. Безусловно, мы формируем платформу для работы детей. Там существуют и предметные знания, и навыки, и работа в команде. Там будет часть, которая позволит ребятам начинать делать предпринимательские проекты уже в раннем возрасте. То есть используя все естественно-научные знания, профессии, которые сегодня есть в цифровой экономике, в интернет-среде — они будут заложены в этой платформе. Причем до какого-то возраста это будет, скажем так, наша образовательная валюта в виде соревнований или оценок, знаете, такой школьный «биткоин», чтобы это было интересно ребятам, чтобы они понимали как бизнес KPI, понимали эффективность, чтобы они могли оценивать свой труд на равных условиях при равных возможностях, чтобы каждый мог «показать себя».

Это и есть портфолио школьника будущего?
Безусловно! Об этом чуть позже! С какого-то возраста школьники уже имеют право на рабочие профессии, они могут создавать там (в платформе — прим. ред.) вполне рабочие продукты, а не только прототипы. Например, сайты. То есть ребятам нужно сформировать и реализовать свою творческую креативную идею в новой профессии. Нам кажется, что это будет достаточно интересная вещь и для детей, и для родителей — и особенно в плане предпрофессиональной подготовки школьников. Как вы правильно заметили, конечно, эта платформа будет крайне интересна работодателям — формируется портфолио ребенка, все данные о нем. Мы уже понимаем, у кого какие навыки и компетенции выше; семья понимает, где лучше продолжать обучение, — в вузе, если есть цель получить высшее профессиональное образование. А работодатель видит портфолио школьника «с младых ногтей» — что у него получалось, в чём сильные стороны. Вот под это всё и работает платформа Яндекс. С другой стороны, мы не забываем и потребностях учителей — необходимо снять с них всю административную и бумажную нагрузку, вопрос в том, как это сделать! И вот в платформу, например, будут заложены инструменты, помогающие учителям оценивать работы детей и выдавать им индивидуальные контрольные работы. Вот тоже, кстати, термин, о котором много говорят, но который мало кто понимает, — безусловно, мы боремся за индивидуализацию, индивидуальную траекторию развития каждого ребенка, но это не означает, что мы закрыли его в клетку и он сидит там один. Ведь дальше ему предстоит работать на производстве, в офисе, в коллективах, где, скорее всего, будет огромное количество людей — нужны навыки коммуникации и работы в команде, без этого никуда.

Образование — это инвестиция с отложенным эффектом.

Это и постоянное сравнение своих возможностей и знаний, и естественная конкуренция…
Конечно! И это должно закладываться в раннем возрасте. Думаю, что школьные классы будут расти — потому что наша работа с технопарками и кванториумами в области физики, химии, математики, биологии показывает, что наиболее эффективная работа начинается у ребят именно тогда, когда они работают в командах более 90 человек.

То есть это большая группа людей, где у каждого есть какая-то своя задача…
Да, именно тогда, как ни странно, все эти навыки начинают формироваться. Меняются качества самого учителя, и мы должны его технически вооружить и подготовить, он должен иметь возможность давать индивидуальные задания каждому ребенку при наличии большого класса. Вот на что рассчитана платформа — на помощь учителю и на вооружение его всеми современными средствами. Чтобы мы не забыли, что развитие цифровой дидактики и экономики связано с развитием учителя. Если он понимает, как это делать, — тогда он учит учеников, если не понимает — тогда у него ничего не получится. Мы должны на совершенно новый уровень поднять профессию учителя — его статус, авторитет, навыки, компетенции и возможности, и в конечном итоге — его финансовое благополучие. Важно дать возможность мотивации, чтобы лучшие люди приходили в среду учительских кадров, это задача в том числе и государства — создавать такие мотивационные механизмы.

…мир изменился — и сейчас уже не нужен ремесленник на всю жизнь.

Владимир Ильич, как вы думаете, что возьмет с собой школа будущего из богатейшего потенциала и накопленного опыта, а что оставит в прошлом? Например, такое привычное нам деление на классы, на отдельные школьные дисциплины, основные функции учителя, да и сама классно-урочная система Яна Амоса Коменского — насколько это соответствует требованиям дня сегодняшнего?
Точно останется весь культурно-исторический опыт страны. Для России это традиционно углубленное знание предмета, фундаментальность образования, литература. Образование является очень важной составляющей нашей жизни, и я думаю, что это главное, что останется в школе будущего не только 30-х, но и 50-х годов, как бы ни развивалась глобализация. Что будет очень сильно меняться? Экономика и рынок труда — он «потащит» за собой новые требования к компетенциям, знаниям, навыкам и так далее. Поэтому, скорее всего, будут расти расходы на образование, будут привлекаться инвестиции работодателей, потому что сегодня рынок профессиональной подготовки людей огромен. Сегодня образование уже становится такой же необходимой частью жизни, как стали когда-то кредитные карты или мобильный телефон. Вы можете менять специальности, переучиваться, но не можете не иметь знаний, не обладать системой подготовки знаний и получения новых компетенций — это невозможно. Всё больше и больше будут сближаться требования технического прогресса, развитой цифровой экономики и рынка труда с системой подготовки людей начиная с самого раннего школьного возраста. То есть не только научить читать, писать и считать, но дать все компетенции, которые нужны человеку в жизни, — это задача системы образования и, наверное, это будет главное изменение, которое мы ждем. Вполне возможно, что будет меняться и классно-урочная система Яна Амоса Коменского, которая была «заточена» на то, чтобы выучить человека, например, на ремесленника на всю жизнь. Но мир изменился — и сейчас уже не нужен ремесленник на всю жизнь.

Есть ли уже сейчас, на ваш взгляд, примеры «школ будущего»?
Уже есть директора, которые точно понимают, как такую школу построить. И это не единичные случаи, это достаточно большое количество людей, по субботам мы встречаемся на «Московском дискуссионном клубе». Кстати, когда всё это только начиналось, было несколько человек, а сейчас это полный зал, и я уже вижу людей, которые будут руководителями той будущей цифровой экономики. Наша колоссальная задача — «расшить» все нестыковки, допустить как можно больше частных инвестиций к этому, чтобы работали все системы, чтобы контент был киберзащищен и с точки зрения экспертизы, и с точки зрения входа в школу, чтобы больше было мотивов нашим издательствам создавать новые интерактивные продукты для школ. Как только мы это «разошьем», поверьте, эти новые школы будущего будут появляться очень быстро в Москве, потому что есть люди, которые знают, как за это взяться и как давать результат.

Владимир Ильич, вы сейчас затронули очень важный вопрос. Мы постепенно приходим к тому, что должны готовить детей не к будущей профессии — ведь даже названия этих профессий в ближайшей перспективе мы не можем предвидеть. Необходимо дать ребенку набор навыков и компетенций, достаточный для того, чтобы человек был востребован и успешен в выбранной профессиональной области. Сегодня для этого в московских школах делается очень много. Как вы думаете, а что еще можно сделать прямо сейчас?
Нужно еще более жестко подойти к системам измерения, нужно четче поставить задачи перед разработчиками контрольно-измерительных материалов. Нужно ясно понимать, чему мы учим, — как мы ребенка будем спрашивать, чтобы было сразу понятно, каков ожидаемый результат. Это как в экономике — вы планируете что-то и видите результат — абсолютно такая же система должна быть в школе. Нельзя учить одному, а спрашивать про другое — это не работает. Вот это можно сделать уже сегодня. Надо сразу продумать систему измерений — измерять не только на государственных экзаменах, и не только по предметной деятельности, но измерять всё портфолио ребенка. Вот пока измерения всего портфолио у нас нет. Нужно давать измеряемые показатели, как это делают международные системы — PISA, PIRLS… Нам понадобится какое-то время, чтобы к этому привыкнуть и научиться в этой системе работать. И там, где мы научились это делать, — PIRLS, например, мы добились отличных результатов. Образовани — это инвестиция с отложенным эффектом. Чтобы получить результат сегодня, вы должны начать что-то делать 10 лет назад. Но, не начав сегодня, вы ничего не получите. Опыт Москвы показывает, что мы довольно успешны. Система, настроенная на поиск одаренности в каждом ребенке, на равные возможности для всех детей, привела к тому, что мы начали побеждать на международных олимпиадах, заняли первое место в PIRLS, очень выросли в PISA, Москва стала лидером среди городов мира. А самое главное, что мне больше всего нравится в этой системе, — что и олимпиадники, и школы, занимающие лидирующие места — это не 10–20 каких-то «элитных» школ, а то, что разница между первой и последней школами небольшая в результатах — вот что очень важно.

То есть нет такого разрыва?
Абсолютно верно! Нет такого разрыва, как было раньше, когда есть первые сто школ и все остальные. Это сразу демотивирует, и мы сразу начинаем вводить детей в разные социальные слои. Сейчас московская школа дает равноправные возможности всем, выполняя свою главную миссию.

Для получения качественного равнодоступного образования?
Для получения качественного равнодоступного образования! Работать с каждым ребенком индивидуально — система заточена на это очень жестко. Мы являемся акционерами и других известных в мире компаний, но такого качества, пожалуй, нет ни в одной стране мира, ни в одном городе. Следующий шаг — это развитие предпрофильных и предпрофессиональных направлений, чтобы ребята со школьной скамьи четко понимали — как раз то, о чём вы говорите — что они хотят делать дальше в жизни: учиться, работать, реализовать себя — именно в какой-то области. Ребенок должен быть к этому готов, должен быть вооружен. Окончание школы — это не обрыв, это старт, взлет, и человек должен выходить, а не проваливаться на первом курсе института.

То есть, вероятно, должна работать связка: школа–вуз–будущий потенциальный работодатель?
Обязательно! Конечно! Кстати, Москва и показывает такой пример. Когда мы говорим о предпрофессиональных классах, не забывайте — это не лозунги, это постоянный и ежедневный труд, и получить статус инженерного или медицинского класса не так просто. Школа должна иметь соглашение и с профильным вузом, и с предприятием-работодателем, где ребята будут проходить практику. Надо сказать, что московская школа уже далеко вышла за рамки школьных зданий. Сегодня это уже многофункциональная, многопрофильная система, где используются музеи, театры, спортивные площадки, технопарки, предприятия, другие школы, вузы. Наша задача — этот процесс дальше поддерживать.

 

 

Владимир Ильич, а что вас больше всего удивляет, радует в современной московской школе? Какие перемены за последние, наверное, семь лет, на ваш взгляд, действительно позволяют говорить о качественно новом уровне столичных школ?
На мой взгляд, самое важное изменение — это люди, то, как они думают, мыслят, работают в командах, как развиваются. Это первое и самое главное. Второе — меня очень радуют успехи наших ребят в олимпиадном движении, в проектной деятельности, в WorldSkills, очень нравится заточенность на предпрофессиональную подготовку — это понятная история, и тогда мы четко связываем рубль инвестиций в образование с рублем валового регионального продукта. И всем сразу ясно становится, почему вкладываются деньги в образование и как это связано с будущими достижениями экономики. Сейчас мы пытаемся новым главам регионов показать московский опыт, московские коллеги всегда открыты. Сюда с удовольствием приезжают губернаторы — не министры региональные, а сами губернаторы приезжают знакомиться с системой московского образования. Такие проекты как «Инженерный», «Медицинский», «Академический класс», «IT-полигон», «Курчатовский проект» не сопряжены с огромными затратами, и в Москве эти затраты ниже, чем во многих регионах страны (я говорю сейчас о финансовой составляющей, что обычно больше всего пугает губернаторов и власти). Они построены очень разумно. Отработаны программы, подготовлены учителя и совместные программы школы, вуза и профильного предприятия. Обучение нацелено на то, чтобы не было разрыва между школьным, вузовским и профессиональным образованием. Созданы пособия, проведена интеграция с учебно-лабораторным оборудованием, и это дало свои результаты — могу сказать, что в прошлом году 100% ребят из медицинского класса школы, где я являюсь главой управляющего совета, поступили в Первый медицинский институт. А это, согласитесь, очень «говорящий» показатель — и всего лишь за три года! Еще семь лет назад в инженерных вузах Москвы — МГТУ имени Баумана, Московском физико-техническом институте, МИСИС, на физмате МГУ — было около 7% московских выпускников. В этом году 25% первокурсников — это московские выпускники! Идет трехкратный рост за счет инженерных классов, «Курчатовского проекта», IT-полигона, о которых уже говорил. И мы очень надеемся, что у ребят не будет «разрыва», что на первом курсе они не будут тратить время на то, что не доучили в школе, как это обычно бывало, а приступят уже к учебной деятельности в университете, а дальше — к профессии.

 

 

В одном из выступлений вы заметили, что около 80 млн людей сегодня так или иначе связаны со школой и образованием. Я думаю, что главный итог нашего разговора, основной вывод, который можно сделать, — самый важный вид инвестиций, действительно стоящих, действительно нужных, — это инвестиции в образование наших детей.
Россия очень богатая страна с точки зрения ресурсов, истории, местоположения, и мне кажется, что единственное, во что нужно вкладывать сегодня, — это в развитие человеческого капитала. И это не слова, это ежедневный тяжелый труд, который имеет свои цели, свои точки контроля, свои инвестиции. Если мы научимся инвестировать в наших людей, в человеческий капитал, у нас не будет никаких проблем ни с темпами роста экономики — неважно, цифровой она будет или офлайновой, ни с положением России в мире, ни с глобальной конкуренцией. Надо начать с главной инвестиции — инвестиции в людей. Вот и всё. А начинается она со школьной скамьи.

беседовала Е. Рипс фото: Н. Арефьева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: