Игнат Игнатов

Мы привыкли считать учительский труд женским занятием, мы часто говорим о династических историях в этой профессии и абсолютно уверены, что однажды полученный диплом педагогического вуза — это универсальный допуск к работе в школе. Победитель конкурса «Учитель года Москвы – 2018»
Игнат Игнатов один за другим опровергает все наши подозрительно смахивающие на стереотипы представления. Потомственный инженер, который резко решил поменять профессию и стал актером, режиссером, учителем — именно в такой последовательности. Сам Игнат называет эту цепочку специальностей просто воплощением своих профессиональных планов — по его словам, всё происходит именно так, как он задумал. Мы говорим о московской школе и о семье, о «технарях» и «гуманитариях», о статусе учительской профессии и, конечно, о школе будущего.

 

Игнат, добрый день! В первую очередь, поздравляем вас с победой в конкурсе «Учитель года Москвы – 2018»!
Добрый день! Спасибо большое, Елена!

Давайте начнем с небольшого представления вас нашим читателям. Итак, вы окончили Московский государственный институт электроники и математики и Московский институт экономических преобразований, ваши специальности — электронное машиностроение и лингвистика. Совершенно потрясающая комбинация! Вы работаете в школе шесть лет, четыре года вы преподавали английский язык, и вот последние два года вы учитель информатики. Скажите, что самое интересное и самое главное я просто забыла сказать?
Наверное, я отвечу так: самое интересное, что с нами могло случиться в этой жизни, — собственно, сама жизнь. Нужно много мечтать и стараться, чтобы все мечты исполнялись. Когда я был маленьким и учился в школе, хотел стать инженером, потом — режиссером, актером и педагогом, и вот я добился в той или иной степени исполнения всех своих желаний.

Очень интересный путь — инженер, актер, режиссер и учитель — интересный и не совсем обычный. Скажите, а династическая составляющая в этой истории есть? Кто-то из родителей, может быть, бабушки-дедушки были учителями?
Нет, в моей семье нет ни одного учителя, но есть инженеры — прадедушка, дедушка и папа.

Как у вас появилось желание работать именно в школе? Был какой-то переломный момент, какая-то точка отсчета, когда вы поняли, что, вероятно, стоит по-новому взглянуть на свою профессиональную жизнь?
Конечно, был, я всегда хотел делать что-то хорошее, изменить мир к лучшему, а профессия инженера прекрасно вписывается в это желание. Но мне также хотелось общаться с людьми, поэтому я пошел работать в театр. А однажды меня позвали друзья попробовать себя педагогом в детский лагерь. И после второго раза я понял, что надо всё срочно-быстро менять и работать не просто с людьми, а с детьми и именно в школе.

Не могу не задать этот вопрос. Как вы думаете, для теперешней профессии учителя какие качества из предыдущих специальностей вам пригодились больше всего? Ведь учитель — это очень хороший лицедей в самом лучшем смысле слова. Вот чем вы пользуетесь на каждом уроке из своего актерского, инженерного, может быть, даже режиссерского опыта?
Думаю, что от инженера, наверное, пригодились системное мышление и открытость всему новому. От актера, совершенно точно, — умение владеть своим вниманием, умение владеть вниманием аудитории, какие-то законы именно сценического жанра, потому что иногда педагог выступает, как профессиональный актер на сцене. А как режиссер, наверное, я пытаюсь построить такой своеобразный вектор, то есть направить детей именно туда, куда нужно.

 

Для меня моя профессия занимает очень важное место в жизни, и получить оценку, насколько правильно я что-то делаю и в правильном ли направлении иду, было очень важно

 

Давайте немного поговорим о конкурсе «Учитель года Москвы – 2018». Скажите, почему вам захотелось принять участие? Это желание посмотреть на опыт коллег, может быть, продемонстрировать то, что умеете только вы, получить новый опыт? Или, может быть, вы поняли, что пора перейти на какой-то другой, качественно новый уровень?
Наверное, всё это вместе. Я понял, что мне, как и любому человеку, нужно в какой-то момент выйти из зоны комфорта и начать делать что-то необычное и новое. Но и посмотреть коллег — как они работают. С другой стороны, была необходимость получить какую-то экспертную оценку своей работы, своего профессионального уровня, понять, куда дальше расти и сколько еще нужно сделать. Я не сразу узнал о конкурсе, сначала принял участие в метапредметной олимпиаде. Для меня это было, как я называю, «попыткой возрождения своей энергии» — нужно было набирать обороты!

Что для вас на конкурсе оказалось самым трудным, а что — неожиданно легким? Что стало самым запоминающимся?
Знаете, запомнилось, что «глаза боятся» и такое сильное волнение, а выходишь на сцену — и «руки делают»! Труднее всего была борьба с самим собой, потому что, несмотря на весь свой актерский опыт, я никогда так сильно не волновался, как перед конкурсными испытаниями. Например, «визитка», когда нужно выйти и рассказать о себе! Или представление опытов и результатов своей работы на мастер-классе — очень сильно волновался.
Для меня моя профессия занимает очень важное место в жизни, и получить оценку, насколько правильно я что-то делаю и в правильном ли направлении иду, было очень важно. Наверное, именно это и вызывало очень большое волнение.

Актерская профессия на конкурсе пригодилась?
Конечно! Я каждый раз перед выходом на сцену вспоминал, какие есть методы и приемы, чтобы побороть волнение! Кстати, не все способы сработали, но, как говорится, когда уже вышел, обратного пути нет!

Игнат, а как, на ваш взгляд, изменилась московская школа за последние годы? Какие действительно знаковые перемены позволяют говорить о том, что изменилось не только лицо столичных школ, но и самое главное — содержание образования?
Я начну отвечать как инженер. Мне кажется, что московское образование приобрело свойства системы. А у любой системы есть свои этапы становления и какие-то шероховатости, которые могут, наверное, сейчас появляться в любой системе. Они должны «прожить» свой этап, и тогда в итоге будет всё хорошо. Второе — наверное, те технологии, которые пришли в школу. Это новое оборудование: появились электронные цифровые средства. Я теперь как информатик говорю! (Смеется.) И вот то, что очень хочу отметить: в Москве запущены такие проекты, как инженерный и медицинский классы, Курчатовский проект — это всё серьезнейшие достижения столичного образования. Сейчас у школьника есть возможность прикоснуться к науке, к профессии, к профессиональному оборудованию. Ведь раньше, закончив вуз, можно было и не увидеть всего этого.

Вы упомянули проект «Инженерный класс в московской школе». Вам, наверное, как инженеру и как учителю информатики, именно этот проект интереснее всего! Скажите, пожалуйста, с вашей точки зрения, какие задачи он решает?
Я выделю две задачи, которые вижу в приоритете. Первое — это профессиональная ориентация, и она, мне кажется, работает. Те ребята, кому интересно, начинают этим дышать, жить и уже точно выбирают свое будущее, а те, кому это не интересно, — они попробовали, поняли, что это не их, и пошли развиваться в другом направлении. Это тоже отличный результат — на раннем этапе понять, что это «не твое»!
А вторая задача, которую я вижу, — это, наверное, воспитание тех навыков, которые понадобятся будущим инженерам уже в школе. Я считаю, что инженер — именно та профессия, которая изменяет мир к лучшему! Так вот, получая больше предметных, больше профессиональных знаний, изучая больше прикладных предметов, разрабатывая собственные проекты, дети учатся изменять мир вокруг себя. Это бесценный навык для будущего.

 

В москве запущены такие проекты, как инженерный и медицинский классы, курчатовский проект — это всё серьезнейшие достижения столичного образования

 

Сегодня много говорят о цифровой экономике, за которой будущее нашей страны и мира. Скажите, а мы уже можем говорить о цифровизации школы?
Опять же, если рассматривать это как систему, то да, сейчас некий этап становления. Есть и Московская электронная школа, и электронный дневник, появляются какие-то цифровые элементы, новые технологии, новое оборудование. Это всё элементы цифровизации. Что будет дальше, нужно смотреть, нужно работать.

Абсолютно согласна с вами! Давайте попробуем поработать в режиме быстрых вопросов и ответов. Скажите, кто, на ваш взгляд, более восприимчив к информатике: мальчики или девочки?
Я преподаю не только информатику — мы еще изучаем технологию в старшей школе, и если это блиц-вопрос, то, скорее всего, мальчики. Но к девочкам, если так вот разделять, нужно просто найти другой подход. Просто в массе своей мальчиков больше, и для них это интереснее — и компьютеры, и роботы, и 3D-моделирование, и прототипирование. Они уже этим живут начиная с 8 класса! А дальше ребята уже сами лучше меня всё знают!

Считаете ли вы точные науки, в том числе те, которые вы преподаете, уделом избранных?
Нет, совсем нет! Знаете, мои школьные друзья, гуманитарии, считают, что математики не должно быть вообще! Но вместе с этим они занимаются искусством, документальным кино, историей. И у меня всё время к ним такой апелляционный вопрос: «Как же вы будете снимать кино, если не будет информатики, математики и технологий?» Я считаю, то, что воспитывают в человеке математика и информатика, другие точные технические науки, — это необходимость для человека XXI века.

Тогда мой следующий вопрос — учитель-мужчина в современной школе. Последнее время, наверное, можно говорить уже о неком тренде, когда молодые мужчины не только из педагогических вузов, но и из других университетов, например, из технических, охотно и осознанно идут работать преподавателями в школу и действительно находят в ней свое место. Я правильно понимаю, что это ваша история?
Моя история началась немножко раньше, но я с вами абсолютно согласен! Например, школьные коллективы, в которых я работал, были сбалансированы, и всегда примерно 50 на 50 мужчин и женщин — такой тренд действительно сейчас есть. Я знаю очень много людей, взрослых мужчин, которые пересмотрели свою жизнь и перестали работать инженерами на каких-то предприятиях, пришли работать в школу учителями технологии, информатики. Это их выбор, и здесь стоит отметить, что учитель как профессия приобретает новый статус.

Расскажете о ваших планах на ближайшее будущее?
После московского конкурса у меня не получается смотреть на свою профессию по-старому, то есть приходится перерабатывать очень много идей, новых проектов, новых каких-то методических разработок, которые я почерпнул опять же на конкурсе и после конкурса. И вот этот новый ритм жизни, до которого я разогнался, — очень быстрый, и он мне нравится!

 

 

беседовала Е. Рипс   фото: Н. Арефьева

 

 

Поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: